1. В образовании у нас опять большой подъем. Прошлым летом , пока все не учились, объявлена была очередная реформа, тут же поддержанная правительством. Весною была еще концепция, а к осени подоспела и доктрина. Тенденция, однако! Во многих газетах, как грибы-пыхтуны после обильного дождя, появились статьи, в которых словно под копирку были приведены одни и те же аргументы: несколько страшных историй про одного мальчика (девочку), который все знал отлично, а на экзамене его завалили, про жирующие элитные вузы и зарплаты после их окончания в 5000 долларов (автор последнего утверждения второпях даже не уточнил – речь идет про год или про месяц, но круглота суммы дает совершенно ясное понятие о ее достоверности ), про ректоров-злодеев, ретроградно вставляющих палки в колеса новых образовательных технологий (за публичное использование последнего словосочетания, по здравому смыслу, полагалось бы, по-моему, просто штрафовать), про миллиард (чего мелочиться-то, можно бы и триллион) долларов сдираемых безжалостными репетиторами с ни в чем неповинных родителей, про доблестного г. Г. Грефа, под чьим руководством этот самый миллиард и был исчислен (интересно, сколько народу и за какие реальные деньги занималось такой виртуальной калькуляцией ? методику, небось, поначалу разрабатывали), про то, как там у них, на Западе замечательно устроены все образовательские дела, про Сорбонну, разумеется и т.п. В «Вестях» краткий показ министра образования на трибуне Гос. думы сопровождался красочной и, конечно же, заранее подготовленной диаграммой с разноцветными столбиками и буковками A+, A, B, C, D. Теперь, как задумано, каждый выпускник российской школы будет получать соответствующую бумагу нужного цвета и буквы. Называться будет, сертификат или что-то вроде того. Будет на этой бумаге написана и некоторая сумма в рублях. Эти нарисованные деньги вместе с A+, A, B, C, D–бумагой планируется вложить в народное образование и просвещение. Так, вроде бы, народ наш в деталях уже и образован и просвещен насчет вложений красочных, поголовно выдаваемых, бумаг с громкими иностранными наименованиями. Ратуйте, граждане! Это ж, снова чубаучер !
Диалог с авторами таких статей бессмысленен. Во-первых, никто из них никакого реального отношения к реально существующеей системе народного просвещения, судя по их аргументации, не имеет. Во-вторых, в статьях этих много бесспорно верных утверждений про беды нашего нынешнего образования, а вот логика получения выводов из этих утверждений просто ущербна. Например, дано, что “на вступительных экзаменах в вузы имеются нарушения законодательства”. Вывод ? Вот какой: надо “отменить вступительные экзамены”. По такой логике для Чечни и атомной бомбы не хватит, а все оптовые рынки и барахолки надо вместе и с товаром и с торговцами просто асфальтом закатать. Ведь нарушений там имеется более, чем с переизбытком.
2. Оставим полемический запал. Давайте просто поточнее представим первые и непосредственные следствия проведения в нашей стране предлагаемых реформ образования. Их, этих реформ, по имеющейся доступной информации не так уж и много. Собственно, ровно три. Во-первых, единый (и нерушимый) выпускной в школе и он же вступительный в вуз, экзамен. Во-вторых, упомянутый выше A+, A, B, C, D-документ и прием в вузы по пакету присылаемых абитуриентами бумаг. В-третьих, переход на двенадцатилетний срок (хорошо, что без конфискации) обучения в средней школе. Остальное, так сказать, по мелочам: вместо настоящих экзаменов – тестирование, вместо сочинения – изложение, убрать задачи по геометрии, где надо записывать рассуждения, и т.д. Рассмотрим последствия этой тройки реформ, начиная с самого главного, с детей.
Школьники. Где-то в начале НЭПа большевики выпустили новую водку, «рыковку», как ее называли в честь народного комиссара А. Рыкова. Было в этой водке не 40, а 42 градуса, что и было справедливо отмечено в следующем вопросе-анекдоте:”Стоило ли из-за двух градусов революцию делать?” Можно, конечно, переходить и на 12 лет обучения, вместо 10 . А стоит ли? Что, кроме новой организационной суеты и передряг это даст школьникам? По-моему, и эксперимент никакой здесь не нужен. Уже ведь есть почти десятилетний опыт работы с шестилетними детьми в школе. И ответ здесь совершенно ясен. Если может конкретная, стоящая рядом с вашим домом, школа каждому классу из не более чем двадцати шестилеток предоставить три помещения (спальня, игровая, классная комнаты) с отдельным входом, если найдутся для каждого такого класса по два подготовленных преподавателя (учитель и воспитатель), то нет вопросов – выполняйте все эти необходимые требования и действуйте. Но господа хорошие, зайдите в реально ныне существующие школы и представьте, что своих пяти- и шестилетних карапузов вы каждое утро будете отводить в этот с натугой функционирующий муравейник. Хорошо еше, если зданию не больше двадцати лет. У меня нет цифр, но думаю, что даже в Москве таких зданий менее половины. А дальше, в Яхроме, Находке, селе Новопетровском, и далее по всей стране? Можно, конечно, детей оставить в детсадах и водить туда учителей. Это, разумеется неплохой выход. Но выход из чего? Из тупика, в который мы сами себя, выполняя реформы, и загоняем? Так может, и не городить огород и оставить малышам – то, что построено специально для них, а подросшим – то, что у нас для них имеется. Но, тут куча еще сложностей: откуда возьмутся учителя и зарплаты, какие ставки, нагрузки, как быть с тем, что в школы должны ходить все, а в детсады сейчас ходит совсем не большинство детей и т.п. В общем, ясно, что заварится каша, которую мы долго еще не расхлебаем и из-за нерасхлёбанности и неопределенности этой будут в первую очередь страдать дети. Может, не стоит оно того?
Более определенной представляется судьба старшеклассников. Кратко говоря, это будет практически крепостное право. Поясню. Не секретом является нынешняя катастрофически высокая значимость получаемых в школе отметок. Именно и только отметок! Плохой учитель или же, быть может, и хороший учитель, но с которым у вашего ребенка не сложились отношения, может на несколько школьных лет заметно осложнить жизнь не понравившегося ему ученика. «Испорчу аттестат!…» - это довольно страшная для школьника угроза. Сколько трагедий разыгрывается в старших классах из-за лишней четверки в четверти или текущей тройки за контрольную! Сколько подтасовок на экзаменах и сколько дутых медалистов. Впрочем, не так уж и страшен сейчас аттестат, как его малюют. Вы можете получить аттестат и (о, ужас!) с тройками, но если вы действительно что-то представляете в выбранной вами области и если в выбранном вами вузе вы успешно сдаете экзамены, то никто, грубо говоря, и не заглянет в этот самый аттестат.
При победном действии предлагаемых реформ горки будут куда как покруче и укатать смогут куда как большее число ребят. Если по каким-то причинам вы получаете синенький сертификат с литерой, допустим, «С» или «D», то приемная комиссия, допустим, МГИМО, просто и не будет глядеть далее ваши документы. «Да у нас А и А+ девать некуда!» И все, иди в кулинарный техникум.
Ну-ка, попробуй теперь школьник поперечить завучу или мамаша упереться и не сдавать деньги наличными на ремонт или на мордатых охранников. «Не видать тебе «В», получишь «D», я тебе сертификат-то попорчу… ». И «позвоночников» никак не убавится, а только сильнее и обильнее будет подковерное шебуршание различных непосредственно вышестоящих указаний, просьб и угроз насчет «А» и «А+». Дети, они быстро схватят что к чему. Устойчивое место в существующей вертикали и в дальнейших жизненных вертикалях, безоглядное подчинение вышестоящему в этой вертикали, «ты начальник – я дурак», «не гони волну…»,… - вот психологический тип будущего юного россиянина. Может, так оно и задумано?
Родители. Готовьте денежки! Возьмите из раздела Школьники любую позицию и увидете, что разрешаться она будет только за счет ваших денег (это к тому, что есть уже сейчас). Помещение для малышни, шкафчики для их одежды, доплаты хорошему учителю (а то придет - плохой), ремонты и подарки и т.п. Впрочем, оно и сейчас так примерно работает, так что в младшей школе увеличение затрат будет не слишком радикальным. Вот суеты и нервотрепки из-за нерасхлёбанности заварившейся каши будет хоть залейся.
Настоящие ягодки впереди, в старших классах. Сейчас вас пугают алчными репетиторами, которые, замечу, получают деньги, как правило, за работу. Правда, что худо, с государством и государственными людьми не делятся. Так вот теперь тот самый миллиард долларов, который так звонко насчитали в правительственной комиссии, вы будете платить не каким-то там домашним учителям за какие-то там спряжения, синусы или ускорения, а непосредственно чиновнику, инспектору, директору, надзирающим из ФСБ и МВД и т.д. – за правильный цвет и хорошую буковку в итоговых документах. Про ФСБ и МВД это не моя выдумка – это прямая цитата из выступлений и интервью министра образования о том, что “…контроль за правильностью экзаменов будет осуществляться и представителями…» этих древнейших профессий. По гэбэшнику в каждую школу! Приехали, дореформировались. Легко ли будет устоять родителю, если «один верный человек за пару сотен баксов может точно узнать типы задач на экзамене или тестировании»? А уж за точное знание вопросов можно и по тысяче слупить. Хотя, думаю в нужных случаях ходы будут прямее и, соответственно, денежнее. Прямо без всякого бумагомарания на экзаменах можно утрясти будет с надежным государевым человеком вопросик насчет конечного результата «А» или «В».
Далее, если все финансовые ужасы о приемах в нынешние вузы действительно правдивы, то смело умножайте на три, на четыре – теперь вы будете оплачивать не получение каких-то там, никому ненужных знаний от доцентов и профессоров. Теперь деньги ваши пойдут непосредственным выборщикам, которые и будут вытаскивать документы вашего ребенка из кучи одинаковых пакетов. Бог с ними, с элитными вузами – их всего-то по стране с десяток и наберется. Но теперь и в захудалых местах смело можно устраивать комбинации типа «у меня есть надежный человек, он за умеренную плату переложит документы вашего ребенка в нужную кучку». И проверить, что всего-то реальных заявлений на одно больше, чем мест нет никакой возможности. В приемной комиссии просто могут договориться с кем надо, чтобы заявлений прислали побольше. Ведь школьнику – какая разница в три места посылать или в тридцать. Ведь свобода! Сейчас вы хоть знаете задачи экзамена, знаете, что ребенок ваш сделал, а что – нет, какие были вопросы устного экзамена. А завтра перед вами вывесят табличку, что поступило 547 заявлений и послезавтра список принятых. И все. Никто и не докопается, да и некому будет копаться. Ведь всех не проверишь. Разве и здесь ФСБ поособит? Ну что ж, правильной вертикалью ползете, товарищи!
Так что тут миллиардом можно и не обойтись. Чего доброго, действительно к триллиону доберемся. Может, так оно и задумано? Вузы. Глупее их положения в этой истории выдумать сложно. Для простоты, такая модель. Вы – опытный тренер и вам заказали подготовить команду по футболу. С чего вы начнете? Разумеется с просмотра и отбора кандидатов. Э, нет, говорят вам начальники. Просмотр и отбор может сопровождаться предвзятостью и нарушениями законности. Все кандидаты пришлют вам бумаги, в которых им выставлены баллы. Какие, к черту, баллы, горячитесь вы! И потом, конечно предвзятость: ведь я и берусь за подготовку. Ведь взять поручено мне. Что ж я, дурее других и буду себе плохих исполнителей набирать? Может, кто-то там из них, действительно, самый, что ни на есть «В», а может он «девятки» от офсайда отличить не может, я уж не говорю умение обращаться с мячом. Да и кто ему баллы-то выставлял? Вы, что ли? Э, нет, говорят начальники. Совсем даже и не мы, а независимые комиссии, в которые «…входят представители родителей, педагогов, МВД и ФСБ…». А ну вас, к чертям собачьим, отвечаете вы! Пусть эти представители и тренируют.
Единственное отличие от этой модели для вузов – это то, что они не могут послать к чертям. Вот более приземленный вариант. Пусть на первый курс вашего факультета планируется набрать сто человек. Под этот набор уже в мае составлены учебные планы работы и индивидуальная нагрузка преподавателей, их число, штатное расписание, фонд почасовой оплаты и проч. В июле к вам присылают тысячу заявлений. Конкурс для вашего обычного факультета рекордный. Не радуйтесь, почти все дети послали заявки во десяти-двадцати адресам. После того, как из этой тысячи вы одному Богу известным способом выберете 100 счастливчиков и в августе известите их об этом, выяснится, что из этой сотни тридцать три пошли уже в другие места, а еще тринадцать в данный момент выбирают. Ах, пардон, говорите вы и спешным порядком извещаете еще сотню (чтоб с запасом) человек о приеме. А они все берут, и соглашаются. Sorry, говорите вы и из полутораста оставшихся оставляете сто. От десяти из них приходят заявления, что не пойду я к вам, больно вы колготитесь, а еще пятеро просто никак не отвечают. Может, почта плохо работает. Ай, опять говорите вы, и из пятидесяти вторично отсеившихся набираете еще тридцать. А те, ….и т.д. и т.п. В итоге к концу августа набора окончательного нет, а декан и секретарь приемной комиссии факультета вовсе даже и не в отпуске, а в коме.
Какой-то эксперт по образованию в статье в «Общей газете» посоветовал всю тысячу и принять, а потом, после контрольных работ, плохих отсеять и привел в качестве аргумента Сорбонну. «Голову ему оторвать, за такие советы…», как написано в бессмертном романе в сцене про сеанс нечистой силы. В каких аудиториях будет сидеть эта тысяча? Где будет жить ее иногородняя часть? Какие преподаватели будут проводить с ними практические занятия и проверять контрольные? Откуда возьмутся деньги для оплаты этих преподавателей, если объем работы будет известен только к сентябрю? На какие деньги будут уезжать по домам отчисленные после первой сессии несколько сотен детей? Кому платить стипендию и следует ли всем поголовно выдавать льготные проездные?
Тут самый-пересамый ректор-государственник взвоет. Ну зачем еще и эта головная боль!? Вот ректора и упираются и, несомненно, правильно делают.
Наконец, самый больной вопрос – сам отбор. Типов чубаучеров – пять. С плохими в приличный вуз никто не сунется. А с хорошими – все пошлют в хорошие места. Делим теперь на типы «А+, А, В, С». Получим, что в среднем из тысячи заявлений будет, допустим 200 А+, 300 А, 400 В и 100С. Ну, и каких 100 отбирать? Лезем в результаты единого экзамена. А там практически единые отметки по профильному для нас предмету. Родители уже обеспечили. Только один из абитуриентов рисует хорошо, а другой, наоборот, в высоту замечательно высоко прыгает. Ну, кого на отделение структурной лингвистики выберем? В общем, будет эта «штучка посильнее «Фауста» Гете».
Короче, настроение в вузах будет не до наук. Плюнуть на все и бежать. Может, так оно и задумано?
Учителя. Можно как минимум гарантировать сильную головную боль от одновременного присутствия различных учебных программ: первый класс по программе 1-3, рядом с ним тоже первый, но по программе 1-4, а теперь еще и по новейшим программам. По каждой программе - по несколько вариантов учебников. Какое уж тут дело до их содержания, когда только и успеваешь, что отследить перемещения строчек и пунктов программ.
А вообще, ничего конкретного про конкретную жизнь учителей в дошедших до нас обрывках реформы нет. Ни про реализацию обязательного приравнивания зарплаты к средней по стране, ни про отмену воинской повинности для мужчин-учителей, ни про новые здания или ремонт и хотя бы надлежащее отопление имеющихся зданий. Ничего! Зато варианты тестовых экзаменов для соблюдения секретности планируется рассылать по школам ЧЕРЕЗ ИНТЕРНЕТ! А то, что у нас в даже Подмосковье электричество непредсказуемо отключают почти каждый день (я уж не говорю про несчастный и такой Дальний Восток) – так это просто детали, слегка марающие величественное здание новейшей доктрины образования. Неясно только, зачем вообще теперь учителю бороться за качество преподавания знаний, если принимать в вузы будут по бумагам, неясно как отражающих эти самые знания. Зачем учить, когда просто работать надо? Может так оно и задумано?
Специально для талантливого ребенка из глубинки. Во всех статьях пишут об этом несчастном и талантливом. Не волнуйся, дорогой! Сдавай себе единый экзамен, получай чубаучер и посылай куда угодно. Ровно такими же формальными параметрами обладают далеко не одна сотня ребят. И никаким явным образом талантливость свою ты в московском вузе продемонстрировать не сумеешь: экзамена-то теперь нету. Теперь поставлен прочный заслон предвзятости. Выпадет тебе фишка – пляши. А нет – не взыщи. «У нас и с «А+ « заявлений девать некуда!». Есть совет – пробивайся на Всероссийскую или Международную олимпиаду, если они по твоему предмету вообще есть. Только помни, что победителей по всей стране – не более десятка. Удачи тебе!
3. Получается у меня, что всем от реформы плохо. Но так не бывает, кому-то должно быть и хорошо. Все верно. Тема эта требует отдельного разговора. Ограничусь некоторой схемой. Есть, как раньше говорили, «нива образования». Те, кто на ней трудится, каждый день заходят в классы и аудитории и говорят «Здравствуйте, сегодня у нас …». Есть и те, кто живут за счет нивы образования: управления, ректораты, институты, академии, центры, фонды, ассоциации, лаборатории, эксперты, министерства, отделы, комитеты, межведомственные комиссии, газеты и журналы, издательства, общественные организации. И это, как говаривалось, правильно! Такое окружение необходимо любой отрасли. Между производителем и потребителем должны быть посредники. К тому же масса людей работает и там, и там, т.е. и в НИИ и в вузе, например. Неприятности начинаются, когда хвост начинает вилять собакой. Когда по вузам безо всякого обсуждения в июне месяце срочно спускаются новые единые (достали с единством!) стандарты образования, полные несусветной чепухи и в структуре и в содержании. При этом требуется начать работать по ним с сентября! Когда в угоду различным управленческим увлечениям происходит переход на двууровневую систему высшего образования и в итоге на многих факультетах одновременно действуют по три различных учебных плана и преподаватели просто начинают путать, на каком курсе какой именно материал уже прочитан, а какой нет. Нынешняя потуги – типичный пример очередного реформаторского зуда по единообразному созданию всеобщего счастия.
Теперь, как писал А. С. Пушкин, «… милый друг, Вяземский,….насчет тех ста рублей…». Конечно, предлагаемые преобразования предполагают наличие больших денег. Об оседлании «репетиторского» денежного потока уже говорилось. Но, например, один только госзаказ на печатание различных новых бумажек чего стоит! А создание и поддержка существования комиссий вкупе с представителями МВД и ФСБ? А разработка новых программ, новые учебники, исследования и методики подо все под это. Несусветные деньги пойдут на различные эксперименты и Интернет-технологии, на их планирование, на обсуждения их планирования и обсуждения их результатов, на переезды и перелеты для обмена передовым опытом. Под такое дело можно и «заецов» разрешить писать. Богатая финансовая идея! Добиться изменения правописания, отменить старые учебники и написать новые. Грядут и структурные перестройки в управлении образования, состоится массовое пересаживание из кресел в кресла, слияния вузов и подбор управляемых ректоров, распределение освобождающейся недвижимости и т.п. В общем, контора пишет. Только вот к позабытой ниве, ниве образования и тем, кто на ней действительно трудится, имеет все это очень косвенное отношение. Ставка профессора в вузе (а это лет двадцать стажа и, как правило, две защищенные диссертации) составляет около 2000 руб. (а бывает и 1500), молодого ассистента (бывшего аспиранта) - около 700 руб, (а бывает и 500), стипендия студента – около 300 руб, (это еще много, а нормальная - 200), выпускник педвуза, придя в школу, получает около 1000 руб. и то, если ему повезет с региональными надбавками и «повезет» (т.е. дадут больше нормы) с нагрузкой (а бывает и 700 и 290). Что ж бы им прямо и не помочь, а не устраивать куролесицу с перелопачиванием остатков прежних достижений?
Вкратце реформа выглядит как вариант поворота сибирских рек. Создается могучий и энергичный пробивной кулак, отхватывается заметный кусок бюджетного пирога (сравнимый, по словам министра образования с бюджетом всего министерства обороны) и после этого «денюжка осваивается». Какие и когда будут результаты никто не знает. Менее чем за пять лет вся эта круговерть не рассосется, а более пяти лет у нас в верхах никто и не сидит. Получают кусман – и отваливают на запасной аэродром. Авен, Гайдар, Шумейко, Петров, Лобов, Грачев, Сосковец, Барчук, Филатов, Большаков, Илюшин, Серов, Вавилов, Козырев, Коржаков, Нечаев, Чубайс, Дубинин, Заверюха, Калюжный, Мостовой, Кох, Кинелев, Тихонов, Бородин, Ельцин, разумеется. В общем – тугие паруса и список не прочтешь до середины. Куча реформ и интересных, между прочим, начинаний обрушилось на нашу землю за последние 10 лет. Но, «видать, клим'ат такой». Кто рискнет назвать хоть одну, от которой жить стало лучше не «счастливцам избранным», а большинству из нас? (Разве что, по три нолика успешно и без потерь стерли на рублях.) На каком основании теперь можно полагать, что реформа образования, налоговая реформа, пенсионная, банковская, медицинская, дорожная…какие там еще пропихивают через Думу – что все эти, быть может, в принципе и разумные предложения не приведут просто к еще большему размежеванию страны на «мы» и «они»? Может, так оно, это размежевание и задумано?
* С некоторыми искажениями опубликована в «Независимой газете», 13 апреля 2001
Комментарий автора (10.01.2007)
После опубликования этой статьи в «Независимой газете» меня несколько взяли «на слабо». Мол, критиковать всякий может, а вот, давай-ка, попробуй сделать что-то реальное и полезное. Я попробовал: несколько лет подряд участвовал в разработке вариантов ЕГЭ по математике, отвечал за наиболее сложные задачи. Мое отношение к ЕГЭ (по математике) в этом смысле несколько менялось. Были надежды и, казалось бы, очевидные возможности сделать новые и интересные вещи. К сожалению, как это сейчас довольно очевидно, это в основном были иллюзии. Выстроенная за эти годы пирамида проведения ЕГЭ больше всего напоминает сейчас очередную госмясорубку с разветвленной системой бюрократических «технологий» и тестологических ограничений с минимальным вниманием к собственно содержанию самого экзамена. Тем не менее, я считаю, что сама идея общенационального и независимого оценивания знаний учащихся является достаточно здравой.
Пожалуй, только мое отношение к априорной вредоносности ЕГЭ заметно изменилось за это время. Все остальные позиции статьи (отношение к ГИФО, отмена экзаменов в абсолютно все вузы, переход к 12-тилетнему школьному образованию) остаются для меня неизменными.
Было бы очень интересно узнать мнение специалистов по другим предметам относительно реформирования, модернизации, придания new look-а и т.д. нашей образовательной системы. Для меня очевидно, что основной проблемой в школе и для школьников является элементарное незнание русского языка, неумение, и отсюда нежелание, ясно и точно выражать свои мысли и чувства. Тот удручающе низкий уровень, который демонстрируют выпускники нашей школы по математике, физике, информатике и т. д. (до 30-40% двоек по не смягченным апостериори критериям) является прямым следствием бедственного положения нашего общенационального языка.
Вот, кстати, одна из новейших идей каких-то департаментов и агенств нашего министерства образования и науки: в начальной школе сократить преподавание и русского языка, и математики до 3 часов в неделю. В «тоталитарном» советском обществе ниже 5 часов в неделю по этим базовым предметам новации не доходили.
.
© Copyright П.В. Семенов
Копирование текстов без разрешения автора является грубым нарушением федерального закона об охране авторских и смежных прав.